Вот и закончилось лето, а с ним и отпуск… Море и солнце, только дождитесь нас в следующем году! А пока в памяти остаются умилительные фотографии купающейся или быстро-быстро гарцующей вдоль моря малышки и то, как пытаешься запечатлеть заразительный смех любимого карапуза, искренний восторг от игры морских брызгов на солнце.

На пляже мы познакомились с другими европейскими мамами и папами, итальянцами, французами, немцами. Вам, дорогие читатели, возможно будет странно узнать, что жители Аппенин идеалом воспитательницы и мамы считают иностранок, особенно немок. Почему, недоуменно пожмете плечами вы?

Хоть итальянцы и высмеивают педантичных немцев в многочисленных анекдотах, все равно не могут не восхищаться их собранностью и организованностью. Это их дети – самые воспитанные, вежливые и тихие, не нарушают общественного порядка и всеобщего спокойствия громогласными воплями, подобно итальянским отпрыскам. Это немецкая мама никогда не поднимет ни голос, ни руку на своих детей, потому что они привыкли слушаться ее беспрекословно и с первого же раза.

Мои знакомые по пляжу мамы-итальянки пробовали разузнать секреты воспитания у немногословной немки и разговорить ее, а она смотрела на них в ступоре, подобно ребенку, которому взрослый на полном серьезе задает элементарный вопрос. В ее практичном уме и не укладывалось, что может быть как-то иначе!

Наблюдая за немецко-итальянскими «переговорами» со стороны и, чего уж греха таить, тайком к ним прислушиваясь, я невольно задавалась вопросом что для меня лучше, приемлемее – ласковый, непосредственный, бойкий, но вздорный ребенок, или же послушный маленький солдатик, которому привычней получить от мамы очередную директиву, чем толику тепла. Немецкая мама не побежит за ребенком вдоль пляжа и не будет истошно кричать, пытаясь отнять от годовалого карапуза ракушку, которую тот упорно тянет в рот.

Немецкая мама с олимпийским спокойствием будет внимательно следить за ребенком издалека и вмешается, только если вдруг дитя полезет в волны или случайно огреет лопаткой итальянского сверстника. Вмешается деликатно, но решительно. Немецкая мама сможет с легкостью – и, наверняка, с легким же сердцем — оставить троих детишек на немецкого папу, который будет с энтузиазмом строить им башни из песка и ловко лепить куличики, пока мама совершит долгий неспешный заплыв. А детишки будут молча копошится рядом с папой к общему восторгу громогласных итальянцев, с умилением наблюдающих издалека за перепачканными в песке и солнцезащитном креме блондинистыми ангелочками.

Была на нашем пляже еще и французская мама, держащаяся особняком от итальянского пляжного сообщества несмотря на присутствующего здесь же супруга-итальянца. Папу-итальянца, кстати сказать, было вовсе не видно из-за газеты, зато мама-француженка исправно, два раза в день прогуливала вдоль моря очаровательную трехлетнюю дочку за ручку – остальное время они вдвоем шушукались под зонтиком и читали детские книжки. Итальянские мамы, завидев стройную светловолосую француженку в лаконичном бикини и кудрявую девчушку в цельном одноцветном купальничке, понижали тон и провожали эту милую пару внимательными взглядами.

Ни немка, ни француженка не преследовали детей беспрестанными «нельзя» и «не делай так!» — в этом просто не было необходимости, им достаточно было вежливо направить внимание ребенка в другое русло.

Итальянские мамы внимательно разглядывали своих иностранных «коллег», наверняка тоже задаваясь вопросом «как это им удается?!» Ведь настоящие итальянские мамы – что орлица над орленком, давлеют над своими отпрысками, непрестанно диктуя свою волю. Мне понравилось уважительное отношение француженки к своей дочери – было очевидно, что мать уже видит в ней не ребенка, а личность, — и манеру разговаривать с ней на равных, без поддельного детского лепета и фальшивого сюсюканья.

Мне импонировала также самостоятельность и воспитанность маленьких немцев, чувство ответственности за младших братьев, которое родители поощряют в старшей дочери.

Только я влюблена и в итальянскую непосредственность, улыбчивость и по-настоящему детское простодушие маленьких местных bambini! К сожалению, эти самые качества юные итальянцы нередко сохраняют уже и в зрелом возрасте, когда детское простодушие делает из них простофиль, а непосредственность уступает место избалованности и дурным манерам. Видимо, наверное, в одном правы итальянские мамы, завидуя самостоятельности и ответственности детей своих европейских соседей. Ах, если бы итальянки смогли избавить своих детей от собственной тревоги и маниакального желания контролировать каждый их шаг!

Вот бы слепить идеальную европейскую маму, подобно снежной бабе, из трех комов: в основании поставить французское уважение к ребенку, добавить ком поменьше из немецкой собранности и, наконец, увенчать это творение итальянской непосредственностью?!

Источник